Рыцарство, путешествие по замкам Германии

Мечта о Рыцарстве. Путешествие по замкам Германии

Так ли уж давно были мы 12 – 13 летними? Когда нас завораживал странный мир рыцарских романов. Где среди диких лесов и гор стоят неприступные и прекрасные замки, леса, озера и реки населены волшебниками, загадочными существами, феями и где, что самое главное – есть благородные защитники и спасатели от любой несправедливости. Конечно же, рыцари на белых конях! Сильные, полные достоинства, верные своим принципам, не преследующие иных целей, кроме защиты слабых, обиженных, угнетенных! Защиты справедливости. Совершающие подвиги, прославляя имя своей Прекрасной Дамы. Готовые умереть за ее милостивый взгляд.

Конечно, были там и Прекрасные Дамы, хранящие верность своему Рыцарю, нежные и кроткие, готовые вечно ждать Его в своих прекрасных замках или томящиеся в плену и ожидающие спасения.

Вот, например, выразительный портрет главной героини, пожалуй, самого известного у нас рыцарского романа: «Седрик был удивлён и недоволен тем, что его воспитанница по такому случаю появилась на людях, тем не менее он поспешил ей навстречу и, взяв за руку, с почтительной торжественностью подвёл к предназначенному для хозяйки дома креслу на возвышении, по правую руку от своего места. Все встали при её появлении. Ответив безмолвным поклоном на эту любезность, она грациозно проследовала к своему месту за столом.

Ровена была прекрасно сложена и высока ростом, но не настолько высока, однако ж, чтобы это бросалось в глаза. Цвет её кожи отличался ослепительной белизной, а благородные очертания головы и лица были таковы, что исключали мысль о бесцветности, часто сопровождающей красоту слишком белокожих блондинок. Ясные голубые глаза, опушённые длинными ресницами, смотрели из-под тонких бровей каштанового цвета, придававших выразительность её лбу. Казалось, глаза эти были способны как воспламенять, так и умиротворять, как повелевать, так и умолять. Кроткое выражение больше всего шло к её лицу. Однако привычка ко всеобщему поклонению и к власти над окружающими придала этой саксонской девушке особую величавость, дополняя то, что дала ей сама природа. Когда Ровена заметила устремлённые на неё глаза храмовника с загоревшимися в них, словно искры на углях, огоньками, она с чувством собственного достоинства опустила покрывало на лицо в знак того, что столь пристальный взгляд ей неприятен». Вальтер Скотт, «Айвенго»

Чудесный мир, где можно верить в чудеса и высокие чувства, где понятие чести стоит превыше всего, где идеалы, живущие в душе у каждого, не противоречат жизни, где над ними еще никому не приходит в голову посмеяться, убивая этим смехом свою душу. А какой красочный мир! Вся эта безумно символичная, сложная и красочная геральдика гербов, щитов, флажков, плащей, плюмажей, блеск доспехов, наряды дам, упряжь коней. Важна каждая деталь, мелочь, и как все церемониально!

Теперь мы выросли, живем вполне в реальном мире. Мы знаем, что подлинная история рыцарства бывала далеко не так сказочна, как в романах. Но, хотим мы этого или нет, эта страница в истории человечества была, пусть не сказочная, но не менее героическая, готовая драться за идеалы и выше жизни ценившая честь. И идеалы рыцарства живы до сих пор в нашей культуре.

Рыцари составляли особое сословие, нечто вроде военного братства. Во Франции их имновали шевалье, в Испании кабальерос, в Германии риттерами. Даже рыцари разных народов не считали друг друга чужими. Их объединяли рыцарские правила, обязательные к исполнению для всех. Вера в Бога, рыцарская честь, храбрость в бою и уважение к даме — вот главные заповеди рыцаря. Осуждению подлежали скаредность и скупость, не прощалось предательство.

Самым красочным обрядом в жизни рыцарства были, конечно же, турниры. На турнире рыцарь имел случай показать свою храбрость, благородство, удачливость, доблесть, силу и ловкость. Турниры устраивались обыкновенно по случаю какого-нибудь торжества, например коронации, свадьбы. Вот один из фрагментов сохранившихся описаний такого турнира.

«Граф Ричард Бошамп велел изготовить три щита, один для Зеленого рыцаря, один для шевалье Вера, а один для рыцаря, которого он назвал шевалье Сопровождающий; они должны были выдерживать схватку острыми копьями. Каждый из рыцарей бросил вызов, и все они были отправлены ко двору французского короля. Три французских рыцаря ознакомились с вызовами и приняли их, согласившись явиться на поединок в назначенный день в назначенное место. То была местность, называемая Парк-Хеджем близ Гина. Первый из рыцарей, сэр Жерар Эрбом, назвался Красным рыцарем, второй, сэр Хью Лоней, назвался Белым рыцарем, а третий рыцарь назвался своим подлинным именем – сэр Коллар Фин.

В назначенный день граф, воплощая собой Зеленого рыцаря, выехал в поле с закрытым лицом в плюмаже из страусовых перьев, на коне, украшенном гербами лорда Тонея (один из предков графа). Первый поединок был с Красным рыцарем, и на третьем столкновении граф выбил его из седла и, не подняв забрала, с закрытым лицом отбыл в свой шатер, после чего послал Красному рыцарю доброго коня.

На следующий день он выехал в поле в обличье шевалье Вера, снова с закрытым забралом, в шлеме, украшенном венком и с плюмажем из страусовых перьев; конь нес гербы Хэнслапа, то есть две красных полосы не серебряном поле; на поле шевалье Вера встретился с Белым рыцарем, трижды сбил с его шлема забрало и разбил нагрудный щиток лат, после чего победоносно вернулся в свой шатер в своих доспехах, так никем и не узнанный, ибо и на этот раз он не поднял забрала. Вернувшись в шатер, он послал Белому рыцарю (сэру Хью Лонею) доброго коня.

Но на следующий день, в последний день турнира, он явился на ристалище с открытым лицом, и шлем на нем был такой же, если не считать того, что венок был богато усыпан жемчугом и драгоценными камнями, а в четырех полях были гербы Ги и Бошампа, а на конном нагруднике гербы Тонея и Хенслапа; и он сказал, что хорошо потрудился в предыдущие два дня и с Божьей помощью так же славно потрудится и в третий. Он трижды сталкивался с сэром Колларом Финном и каждый раз опрокидывал француза на спину, на круп лошади, так что тот сказал, будто противник его привязан к седлу. Чтобы опровергнуть эти слова, граф спрыгнул с лошади, а потом снова вскочил в седло. Но все закончилось тем, что он вернулся в свой шатер, послал сэру Коллару Финну превосходного жеребца, устроил для всех пир и щедро наградил трех рыцарей, после чего с честью отбыл в Кале»

Да, времена и нравы поменялись. Да и как иначе? Законы рыцарства экономически невыгодны. Дорогие современники, чего греха таить, наши нравственные идеалы скатились вниз за эти столетия, а мы предпочитаем называть свое падение освобождением, раскрепощением, сбрасыванием оков прошлого. Рыцарские ордена один за другим были разгромлены, прекратили свою деятельность. Великая мечта о справедливом, мудром короле и его рыцарях, изменяющих наш мир к лучшему, осталась мечтой, ушла в легенду, миф, в сказку, а рыцарство стало высмеиваться теми, для кого экономические законы были милее всего, именно за его благородство, за честь, за идеалы, а последний рыцарь был объявлен выжившим из ума идиотом, «рыцарем Печального Образа»…

Но ведь это – не навсегда! Благородство живет в каждом из нас, даже если рассудок утверждает, что все это – глупости и ребячество. И где-то глубоко внутри живет тоска по этим высоким чувствам, понятиям и идеалам. Так замечательно, что есть возможность ощутить это снова, дать ожить своему сердцу, и почувствовать себя Рыцарем, защитником, воином – христианином, милосердным с врагами и верным друзьям и Прекрасной Даме! Или ощутить себя той самой Прекрасной Дамой, нежной и стойкой, полной достоинства, чья красота – одухотворена, а душа полна милосердия и верности Единственному Избраннику.

В путешествии по замкам Германии предлагаем окунуться в атмосферу исконного пыцарства, в идеальные отношения мужчины и женщины, по которым мы так часто тоскуем. Вспомнить, воссоздать, вернуться в тот уголок нашей души, в котором живут чувства, стремления, убеждения, и закрепить хи в себе, но уже осознанно. Тогда они останутся с нами навсегда.